Судья Жиброва О.И.         Дело № 22К-5333/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Приморский краевой суд в составе председательствующего судьи Орловой Н.А.,

с участием прокурора Зверевой О.В.,

защитников - адвокатов Мишина Е.Ю., Кононовича С.Н., Крайнего С.А.,

обвиняемых ФИО1, ФИО2, с использованием систем видеоконференцсвязи,

переводчика ФИО14,

при помощнике судьи, ведущем протокол судебного заседания Прокудине А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Крайнего С.А. и Кононовича С.Н. в защиту обвиняемого ФИО2, Шульги А.Л. в защиту обвиняемой ФИО1 на постановление Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 25.11.2025, которым

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданки РФ, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, г» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ;

ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Узбекистан, гражданину Республики Узбекистан, проживающему без регистрации по адресу: <адрес>, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, г» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ,

каждому продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 11 суток, то есть до 29.01.2026.

Заслушав доклад судьи Орловой Н.А., кратко изложив доводы апелляционных жалоб, выслушав выступление защитников и обвиняемых, поддержавших доводы жалоб, прокурора, полагавшего постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

В производстве следственного отдела по Ленинскому району г.Владивостока СУ СК РФ по Приморскому краю, находится уголовное дело возбужденное 29.08.2025 по признакам преступления, предусмотренного п. «а, г» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ, по факту незаконной организации пребывания иностранных граждан на территории РФ.

18.09.2025 по подозрению в совершении данного преступления в порядке, ст.ст. 91, 92 УПК РФ задержаны ФИО1 и ФИО2

18.09.2025 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а, г» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ.

20.09.2025 Ленинским районным судом г. Владивостока Приморского края ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлевался в установленном законом порядке до 2 месяцев 11 суток, то есть до 29.11.2025.

19.09.2025 Ленинским районным судом г. Владивостока Приморского края ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой продлевался в установленном законом порядке, до 29.11.2025.

26.09.2025 ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, г» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ.

20.11.2025 срок предварительного следствия по уголовному делу продлен соответствующим руководителем следственного органа до 5 месяцев 00 суток, то есть по 29.01.2026.

21.11.2025 в связи с истечением срока содержания обвиняемых под стражей и необходимостью выполнения следственных и процессуальных действий, следователь обратился в суд с ходатайством о его продлении на 2 месяца 00 суток, а всего до 4 месяцев 11 суток, то есть до 29.01.2026.

25.11.2025 Ленинским районным судом г. Владивостока ходатайство следователя удовлетворено, срок содержания обвиняемых ФИО1 и ФИО2 под стражей продлен до 4 месяцев 11 суток, то есть до 29.01.2026.

В апелляционной жалобе адвокат Крайней С.А. в защиту обвиняемого ФИО2, не соглашаясь с постановлением суда, считает его немотивированным, вынесенным с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» и подлежащем отмене.

Суд мотивировал свое решение о необходимости продления срока содержания обвиняемого под стражей и невозможности изменения меры пресечения ФИО2 на более мягкую, одной только тяжестью инкриминируемого преступления.

В уголовном деле, как при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при ее продлении, не представлено доказательств того, что обвиняемый может скрыться или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Первоначальный этап расследования дела окончен, ФИО2 содержится под стражей более двух месяцев. За время содержания под стражей ФИО2 не принимал меры к уничтожению доказательств, воздействию на свидетелей и фигурантов по делу в целях дачи показаний в его пользу. Мер к сокрытию своего местонахождения ФИО2 с момента возбуждения уголовного дела и до его задержания, также не предпринимал.

По уголовному делу допрошены 8 подозреваемых и обвиняемых, 7 свидетелей, проведены обыски в жилище и офисе ФИО2, изъяты предметы и документы, имеющие значения для уголовного дела, соответственно уничтожить какие-либо иные доказательства он не сможет.

Судом не принято во внимание, что ФИО2 дал признательные показания, а также надлежащим образом не оценены данные о личности ФИО2, который являясь гражданином республики Узбекистан, с 1998 года проживает на территории Российской Федерации, имеет вид на жительство, не судим, имеет регистрацию и квартиру в собственности, расположенную по адресу: <адрес>, по месту регистрации и жительства характеризуется положительно, имеет на иждивении малолетнего ребенка, проживает с супругой гражданкой РФ, что указывает на его устойчивые социальные связи.

Полагает, что надлежащий контроль за поведением ФИО2, может обеспечить мера пресечения в виде домашнего ареста, контроль за исполнением которой возлагается на должностных лиц федеральной службы исполнения наказаний.

Просит постановление суда отменить, изменить ФИО2 меру пресечения на домашний арест, исполнение которой определить по адресу: <адрес>.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО7 в защиту обвиняемого ФИО2, не соглашаясь с постановлением суда, цитируя в жалобе положения ст.ст.7, 15, 88, 14, 109 УПК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Указывает, что материалы уголовного дела, представленные следователем в суд вместе с постановлением о возбуждении перед судом ходатайства о продлении меры пресечения, не содержат достаточных доказательств причастности и обоснованности ходатайства следователя, построенного на предположениях, в материалах дела отсутствуют медицинские документы о состоянии здоровья обвиняемого ФИО2

В основу продления срока содержания под стражей обвиняемому положены одни и те же основания, с момента задержания и избрания ФИО2 меры пресечения с последним не проводятся следственные действия, что указывает на неэффективность предварительного следствия, что само по себе служит основанием для изменения меры пресечения.

Фактически в основу обоснованности заявленного ходатайства положена только тяжесть инкриминируемого деяния, поскольку доказательства о причастности и обоснованности ходатайства не представлены, что не может расцениваться в качестве основания продления меры пресечения.

Оставление судьёй без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона, влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Указывает, что судом не в полной мере дана оценка данным о личности обвиняемого ФИО2, который дал признательные показания, изобличил всех соучастников преступления, раскаялся в содеянном, сотрудничает с органами предварительного следствия, не судим, не привлекался к административной ответственности, до помещения его под стражу был трудоустроен, имеет постоянное место жительства в г.Владивостоке, на его иждивении находится несовершеннолетний ребенок, гражданский паспорт выдал следователю добровольно, что указывает на его добросовестное отношение к обстоятельствам связанным с его привлечением к уголовной ответственности, отсутствие желания и возможности скрыться от органов предварительного следствии и суда.

Допрошенная в суде супруга обвиняемого - ФИО8 показала, что у нее имеется легальный доход, и она согласна на нахождение ФИО2 в квартире по адресу: <адрес>, принадлежащей ей на праве собственности, она берет ответственность по его обеспечению на себя.

Полагает, что мера пресечения в виде домашнего ареста, не позволит обвиняемому ФИО2 скрыться или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, поскольку он будет находится под наблюдением сотрудников УИИ.

Просит постановление суда отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Шульга А.Л. в интересах обвиняемой ФИО1, не соглашаясь с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, принятым с нарушением ст.ст.97,99, 108, 109 УПК РФ, и подлежащим отмене с изменением меры пресечения.

Суд в постановлении, ссылаясь на положения ст.97, 99, 108 УПК РФ, не привел конкретных доводов, подтверждающих, что мера пресечения в виде домашнего арест, которая позволяет на основании ч.7 ст.107 УПК РФ установить запрет на использование средств связи, включая телефон и интернет, не может гарантировать надлежащее поведение ФИО1 и достижение целей уголовного судопроизводства.

Суд в своем постановлении, не указал, какие конкретно предметы подлежат осмотру с участием ФИО16 и проигнорировал, что следственные действия, направленные на раскрытие преступления с ФИО1 по ее ходатайству не проводятся с момента ее задержания и допроса от 18.09.2025, не смотря на то, что по делу работает следственная группа.

При этом суд не дал оценки тому, что в настоящее время результаты ОРМ не предоставлены следователю, и наличию со стороны следственного органа нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ

Судом не дана оценка доводам защиты, что ФИО17 вину признала, активно способствует раскрытию данного преступления, добровольно выдала следователю заграничный паспорт, а также в полной мере не учел сведения о личности ФИО1, такие как ее возраст, состоянии здоровья, наличие гражданства РФ, постоянного места жительства и регистрации в г. Владивостоке, наличие социальных связей, состояние здоровья сына и мужа, страдающих тяжелыми заболеваниями и нуждающихся в уходе со стороны ФИО1, что исключает наличие у ФИО1 намерения скрыться.

Также, суд, оставил без оценки то, что ФИО1 и ее супруг ФИО9, являются пенсионерами и ежемесячно получают пенсию.

Полагает, что ходатайство следователя о продлении ФИО1 о продлении срока содержания под стражей является необоснованной необходимостью, а следствием неэффективной организации предварительного следствия. С момента избрания меры пресечения с 20.09.2025, следственные и процессуальные действия с ФИО1 не проводятся.

Ссылаясь на привлечение ранее ФИО1 к уголовной ответственности по ст. 322.3 УК РФ, суд не указал, каким образом это обстоятельство в совокупности с другими данными свидетельствует о том, что она продолжит заниматься преступной деятельностью, находясь под домашним арестом, и не может служить безусловным основанием для ее содержания под стражей, при том, что ранее ФИО1 избранную ей меру пресечения никогда не нарушала.

Просит постановление суда изменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста либо запрета определенных действий по адресу: <адрес>, с установлением запретов и ограничений, предусмотренных ч. 7 ст. 107 УПК РФ.

Возражений на апелляционные жалобы не поступило.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ.

Оснований для отмены или изменения ранее избранной обвиняемым меры пресечения в порядке ст. 110 УПК РФ, судом первой инстанции не установлено, не согласиться с данными выводами, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Требования закона, регламентирующие условия и порядок продления меры пресечения в виде заключения под стражу, по настоящему делу не нарушены.

Постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемых, составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, с согласия соответствующего должностного лица, в нем указано, какие следственные действия необходимо провести по делу, и приведены основания, подтверждающие необходимость продления срока содержания обвиняемых под стражей.

При рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей, суд первой инстанции, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, проверил достаточность данных об имевших место событиях преступлений и причастности к ним обвиняемых, обосновав свой вывод представленными материалами, а также дал оценку иным значимым для дела обстоятельствам.

Как видно из содержания обжалуемого постановления, судья, руководствуясь разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при продлении срока содержания под стражей ФИО1 и ФИО2 обсудил возможность применения в отношении каждого из них, более мягкой меры пресечения, и пришел к обоснованному выводу о том, что такая мера не может быть применена как к ФИО1, так и к ФИО2, поскольку не сможет гарантировать надлежащего поведения обвиняемых, и не исключает их возможности негативно влиять на ход предварительного следствия.

Так, продлевая срок содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей, суд исходил из характера предъявленного им обвинения в совершении умышленного тяжкого преступления против порядка управления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет, конкретных обстоятельств инкриминируемого преступления, имевшего продолжительный период времени, а также принял во внимание, что ФИО1 хотя и не судима, неоднократно привлекалась к уголовной ответственности за совершение преступлений против порядка управления, ФИО2, является гражданином иностранного государства, регистрации на территории РФ не имеет, не трудоустроен.

Указанные обстоятельства в их совокупности, позволили суду прийти к обоснованному выводу о наличии достаточных оснований полагать, что ФИО1 и ФИО2, оставаясь на свободе, могут скрыться от органом предварительного следствия и суда, оказать давление на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, с целью склонения их к даче ложных показаний, уничтожить доказательства, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, и невозможности изменения меры пресечения на более мягкую.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о продлении срока содержания под стражей ФИО1 и ФИО2, суд апелляционной инстанции, учитывая, что обстоятельства послужившие основанием для избрания в отношении ФИО1 и ФИО2 меры пресечения в виду заключения под стражу не изменились и не утратили своего правового значения, принимая во внимание фактические обстоятельства преступления, в совершении которого органами предварительного следствия обвиняются ФИО1 и ФИО2, направленного против порядка управления носящего по версии следствия групповой характер и активной роли обвиняемых, санкцию вмененного каждому из них преступления, предусматривающую безальтернативное наказание в виде лишения свободы на длительный срок, необходимость проведения по делу следственных и процессуальных действий, направленных на установление юридически значимых обстоятельств, имеющиеся данные о личности обвиняемых, также не находит оснований для изменения в отношении ФИО1 и ФИО2 меры пресечения на более мягкую, домашний арест, запрет определенных действий, залог, поскольку иные меры пресечения не будут являться безусловной гарантией явки обвиняемых в органы следствия и в суд, должным образом предупредить невозможность общения с участниками уголовного судопроизводства.

При этом, как следует из ходатайства следователя дальнейшее содержание обвиняемых под стражей обусловлено необходимостью осмотра изъятых предметов, получении результатов ОРД, установлении иных лиц причастных к совершению преступления, что свидетельствует о том, что сбор доказательств по уголовному делу не окончен, предварительное следствие не находится на его завершающей стадии, что подтверждает обоснованный риск того, что, в случае изменения меры пресечения, ФИО1 и ФИО2 будет иметь реальную возможность воздействовать на участников уголовного судопроизводства, скрыться, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Представленные следственным органом на судебную проверку материалы, вопреки позиции стороны защиты обвиняемого ФИО2, свидетельствуют о достаточности данных об имевших место событиях преступлений, а также обоснованности подозрений в причастности к его совершению как ФИО2, так и ФИО1, которые были непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Не соглашаясь с доводам жалоб, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции о необходимости продления срока содержания под стражей ФИО1 и ФИО2 и невозможности применения в отношении них меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения.

Вопреки доводам жалоб защитников суд первой инстанции, учел в том числе данные о личности каждого обвиняемого, на которые обращала внимание сторона защиты в судебном заседании суда первой инстанции, на что прямо указано в обжалуемом постановлении, а именно, что ФИО1 не судима, замужем, является пенсионеркой, состояние ее здоровья, оказание помощи близким родственникам; в отношении ФИО2 наличия вида на жительство, наличие в собственности жилого помещения в г.Владивостоке и места жительства, нахождение на иждивении малолетнего ребенка, состояние его здоровья, признав их недостаточными для удовлетворения ходатайств стороны защиты об изменении меры пресечения ФИО1 и ФИО2 на не связанную с изоляцией от общества.

Приведенные в жалобах адвокатами доводы о семейном положении, как ФИО1, так и ФИО2 о наличии на территории РФ места жительства, положительные характеристики, аналогичны приведенным в суде первой инстанции, и не опровергают правильность выводов суда о необходимости по приведенным в постановлении основаниям продления срока содержания обвиняемым под стражей.

Ссылка в жалобе защитника о необходимости осуществления ФИО1 ухода за супругом и сыном, не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения на более мягкую, поскольку в силу ч.1 ст.160 УПК РФ, следователь вправе принять меры по передаче нуждающихся в постороннем уходе родственников, заключенного под стражу обвиняемого, на попечение близких родственников, родственников или других лиц либо помещению в соответствующие социальные учреждения.

На доводы защитника о наличии у ФИО2 несовершеннолетнего ребенка, требующего ухода, суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО2 не являются единственным родителем для своего несовершеннолетнего ребенка, и соответственно наличие несовершеннолетнего ребенка не влечет безусловную отмену постановления суда и изменение меры пресечения на более мягкую.

Вопреки мнению жалобы защитника, погашенные судимости ФИО1 не учитывались судом при разрешении ходатайства следователя, о чем свидетельствует указание в постановлении суда о том, что ФИО1 не судима, а указание на привлечение ранее к уголовной ответственности за аналогичные преступления, ни оценивались как единственное достаточное основание полагать возможность продолжить заниматься преступной деятельностью.

Так, в постановлении суд указал, что характер инкриминируемой преступной деятельности, осуществляемый в течение продолжительного времени, также подтверждает доводы следствия о возможности продолжения незаконной деятельности.

Как усматривается из постановлений о привлечении в качестве обвиняемой ФИО1 (л.д.32), по версии органов предварительного следствия она обеспечивала незаконное пребывание иностранных граждан на территории РФ за денежное вознаграждение в период с 2024 по 2025 года.

Указание в апелляционной жалобе о получении ФИО1 пенсии, как наличие источника дохода, суд апелляционной инстанции находит не состоятельным, поскольку при допросе в качестве подозреваемой ФИО1 сообщала о нуждаемости в денежных средствах, основным источником дохода в семье является она, и получала денежные средства от иностранных граждан, поскольку нуждалась в заработке для проживания (л.д.50-56 материал 3/2-122).

Что касается доводов защитников о проведении небольшого количества следственных действий с участием обвиняемых после избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, то апелляционная инстанция признает их несостоятельными, так как мера пресечения в отношении обвиняемого избирается не с целью выполнения с его участием следственных и процессуальных действий, а является мерой процессуального принуждения, избираемой при наличии оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ. Положениями УПК РФ предусмотрено значительное количество следственных действий, которые проводится без непосредственного участия лиц, привлеченных к уголовной ответственности, при этом следователь, в силу положений ст.38 УПК РФ, вправе самостоятельно направлять ход расследования.

Вопреки доводам жалоб защитников обвиняемых ФИО1 и ФИО2, оснований для вывода о том, что по делу имеет место неоправданная волокита, не имеется, поскольку, как это следует из представленных материалов и ходатайства следователя, за период времени с момента возбуждения уголовного дела по нему велась и ведется достаточно активная следственная работа, объем которой отражен в постановлении о продлении срока предварительного расследования. Сама по себе длительность предварительного следствия не является свидетельством нарушения положений ст. 6.1 УПК РФ, поскольку в данном случае связана с характером и фактическими обстоятельствами расследуемых преступных деяний, носящими групповой характер.

При рассмотрении ходатайства судом первой инстанции выяснялось причины длительности производства следственных действий, и установлено, что это обусловлено объективными причинами, то есть характером расследуемых по делу преступлений, большим объемом процессуальных и следственных действий, количеством лиц привлеченных к уголовной ответственности, на момент обращения с ходатайством составляющего 8 подозреваемых и обвиняемых, и не установлено, что расследование проводится неэффективно или допускается волокита.

Что касается доводов адвокатов обвиняемых ФИО1 и ФИО2, о том, что только тяжесть предъявленного обвинения не может являться основанием для продления срока содержания под стражей обвиняемых, то суд апелляционной инстанции отмечает, что степень тяжести предъявленного лицу обвинения в совершении преступления, по смыслу положений ст. 99 УПК РФ, должна учитываться как при решении вопроса об избрании лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при ее продлении. Кроме того, выводы суда о необходимости продления срока содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей мотивированы не только тяжестью предъявленного обвинения, но и иными обстоятельствами, на которые указано в постановлении суда, и которые приведены в настоящем постановлении выше.

Утверждения адвокатов, о том, что ни ФИО1, ни ФИО2 не имеют намерений влиять на ход следствия и скрываться, нельзя признать убедительными, поскольку до момента задержаний в порядке ст.91,92 УПК РФ и предъявления обвинения в совершении тяжкого преступления, ни у ФИО1, ни у и ФИО2 не имелось оснований опасаться уголовного преследования и возможного назначения наказания, связанного с реальным лишением свободы, а таким образом не имелось оснований скрываться и препятствовать производству по уголовному делу.

Сам же факт признания вины обвиняемыми ФИО1 и ФИО2, дача изобличающих других соучастников показаний, наличие явки с повинной ФИО1, на что обращено защитниками в жалобах, по мнению апелляционной инстанции, не свидетельствует об отсутствие оснований и обстоятельств, перечисленных в п.п. 1 - 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, а именно о возможности обвиняемых, в случае их нахождения на свободе, негативно воздействовать на производство по уголовному делу, и соответственно не является безусловным основанием для изменения меры пресечения на более мягкую.

Испрошенный следователем срок продления содержания под стражей обвиняемых ФИО1 и ФИО2, с учетом приведенного объема следственных действий, подлежащих выполнению, перечисленных в ходатайстве, по мнению суда апелляционной инстанции, является разумным, обоснованным, не выходит за рамки срока следствия и не противоречит ч. 2 ст. 109 УПК РФ.

Вопреки утверждению жалоб, при рассмотрение вопроса о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 и ФИО2, судом соблюдены требования ст.ст.14,7, 97, 99 УПК РФ, положения Конституции РФ, и основополагающие разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Каких-либо новых, неизвестных суду первой инстанции сведений о личности обвиняемых или иных обстоятельств, которые могли бы повлиять на решение вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1 и ФИО2, суду апелляционной инстанции не представлено.

Медицинских документов, свидетельствующих о наличии у ФИО1 и ФИО2 заболеваний, препятствующих их дальнейшему содержанию в условиях следственного изолятора, применительно к перечню тяжелых заболеваний, утвержденному Постановлением Правительства РФ №3 от 14.01.2011, как и невозможность получения соответствующего лечения в условиях следственного изолятора, согласно выставленным диагнозам, не имеется.

Постановление суда первой инстанции является законным, обоснованным и мотивированным, полностью соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований для удовлетворения ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения в отношении как ФИО1, так и ФИО2 и освобождении их из-под стражи.

В связи с отсутствием нарушений при рассмотрении судом первой инстанции вопроса о продлении ФИО1 и ФИО2 срока содержания под стражей, апелляционные жалобы адвокатов не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.9, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Ленинского районного суда г. Владивостока Приморского края от 25.11.2025 в отношении ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Крайнего С.А., Кононовича С.Н., Шульги А.Л. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев с момента его вынесения.

Председательствующий Н.А. Орлова